В Петербурге 21 сентября пройдет «Марш мира»

Коалиция «Демократический Петербург» инициирует создание оргкомитета по подготовке и проведению антивоенной акции в Петербурге 21 сентября 2014 года.

Петербургский «Марш мира» пройдет в один день с аналогичной московской акцией, анонсированной ранее демократической оппозицией.

Цель проведения мероприятия — протест против войны на юго-востоке Украины и требование немедленного прекращения военной агрессии со стороны России.

Коалиция «Демократический Петербург» приглашает принять участие в работе оргкомитета все демократические силы города, общественные организации и неравнодушных граждан.

Собрание оргкомитета состоится на следующей неделе, на нем будут обсуждаться формат акции, главные лозунги, место и время проведения мероприятия. Также на следующей неделе будет подано уведомление о проведении Марша мира в администрацию Санкт-Петербурга

Пресс-служба коалиции «Демократический Петербург»:

Всеволод Нелаев, seva-38@mail.ru, тел. +79650233510

Наталья Цымбалова, tsymbalova@gmail.com, тел. +79062517883

Не надо быть историком, достаточно быть честным человеком!

Сегодня исполняется 75 лет со дня подписания зловеще известного пакта «Молотова-Риббентропа», а по исторической справедливости, — пакта «Сталина-Гитлера».
Пять лет тому назад я написал статью по теме, которая не потеряла, как мне представляется, своей актуальности и сегодня. Предлагаю её вашему вниманию без купюр и дополнений.

С каждым днём становится всё очевиднее, что Кремль серьёзно вознамерился непременно вернуться к сталинским стандартам взаимоотношений между государством и исторической наукой, между политическими потребностями правящего режима и фактами истории.
Это стало особенно очевидно накануне 70-летия со дня подписания пакта Молотова-Риббентропа и начала Второй мировой войны, когда свои оценки им стали давать «знатоки» с Лубянки.
И пусть вас не вводят в заблуждение «гневные» слова премьера Путина из его статьи «Страницы истории – повод для взаимных претензий или основа для примирения и партнёрства?», опубликованной в польской «Газета Выборча»: «Невольно задаёшься вопросом, насколько далеко ушли такие мифотворцы от авторов приснопамятного сталинского «Краткого курса», в котором вымарывались неугодные «вождю всех народов» фамилии или события, навязывались шаблонные, насквозь идеологизированные версии происходившего». Фальшь всё это от начала до конца! Она состоит в том, что Путин на протяжении всего повествования, как и вообще в повседневной практической деятельности, твёрдо следует …сталинским курсом.
И всё же, на кого изволит так бурно гневаться господин премьер-министр? Оказывается, на тех, кто позволяет себе иметь собственное суждение о «Пакте Молотова-Риббентропа», а также о зачинщиках и главных вдохновителях Второй мировой войны. И это вопреки мнению Владимира Владимировича, который неоднократно высказывался на сей счёт в стиле, далёком от подлинной научности и общечеловеческих нравственных принципов.
Об однозначности намерений Кремля свидетельствует и весьма странная, если не сказать определённее, концепция подхода к реалиям истории. Оказывается, все мы, смертные, не должны даже про себя оценивать то, что было когда-то. Это удел профессиональных историков.
Что ж, прекрасно! Но ведь уже сейчас очевидно, какие историки имеются в виду. Почему-то их суждения, в частности, по выделенным здесь темам один к одному совпадают с высказываниями наших «вождей». Именно таким историкам беспрепятственно предоставляются электронные и печатные СМИ, любая публичная трибуна, они без ограничений пользуются издательским потенциалом. Другими словами, это те, кто охотно выполнял и будет выполнять впредь любое пожелание правящих верхов.
И подобными пожеланиями пронизана упомянутая статья Путина. Уже в её названии – «Страницы истории – повод для взаимных претензий или основа для примирения и партнёрства?» – содержится указание историкам, как надлежит «исследовать» прошлое.
Надо полагать, господин Путин ратует за то, чтобы страницы истории были не поводом «для взаимных претензий», а основой «для примирения и партнёрства»? Но эти самые страницы бывают разными: светлыми и мрачными. Позитив легко, без каких-либо усилий ложится в основу «примирения и партнёрства». А как быть с негативом, который в истории, к сожалению, преобладает? И дело не только в количестве. Зло очень долго не забывается, если забывается вообще.
Следуя пожеланиям Путина, невыгодные для России, а вернее, для её лубянских правителей, страницы истории надлежит или не открывать вовсе, или поспешно перелистывать, или трактовать так, чтобы они не выглядели зловеще и удручающе. То есть делать то, против чего премьер картинно возражает.
В статье Путин даёт оценки международным документам и связанным с ними историческим событиям. Вот несколько выдержек.
«Без всяких сомнений, – пишет автор, – можно с полным основанием осудить пакт Молотова-Риббентропа, заключённый в августе 1939 года». И далее: «Сегодня мы понимаем, что любая форма сговора с нацистским режимом была неприемлема с моральной точки зрения и не имела никаких перспектив с точки зрения практической реализации». И ещё: «На мой взгляд, нравственный аспект проводимой политики особенно важен. И в этой связи напомню, что в нашей стране аморальный характер пакта Молотова-Риббентропа получил однозначную парламентскую оценку».
Итак, второе лицо в правящей иерархии России, на первый взгляд, осудило злополучный документ. Разве этого мало? Безусловно, мало!
Во-первых, сделать это должно было первое лицо в руководстве, а также российский парламент, потому что пакт Молотова-Риббентропа осудил Верховный Совет СССР, которого сегодня нет, а не Россия, что принципиально важно. Ведь у нас официально провозглашённую преемственность между Россией и СССР понимают своеобразно. Готовы петь и поют осанну действительным и мнимым достижениям «страны Советов» и открещиваются от позорных деяний руководства СССР или пытаются их оправдать, как в случае с пактом Молотова-Риббентропа.
Во-вторых, нелишне было попросить прощения у польского народа, хотя бы уже потому, что встреча руководителей различных государств проходила в Польше, нападением на которую в сентябре 1939 года нацистской Германии и большевистского Советского Союза датируется начало Второй мировой войны. Да и перед другими народами, подвергшимися агрессии нацистской Германии, следовало бы повиниться. Мы виноваты перед ними не только за пакт Молотова-Риббентропа и за его трагические последствия, но и за то, что ленинско-сталинский режим задолго до начала Второй мировой войны активно способствовал росту наступательного военного потенциала Германии.
Да, собственно, никакого осуждения пакта Молотова-Риббентропа и признания вины СССР за развязывание Второй мировой войны у Путина не получилось. Негативная оценка дана в стиле «Да – Но…». В этом нетрудно убедиться.
«…Можно с полным основанием осудить пакт Молотова-Риббентропа…», – пишет Путин. Но тут же продолжает: «…Годом раньше Франция и Англия подписали в Мюнхене известный договор с Гитлером, разрушив все надежды на создание единого фронта борьбы с фашизмом». Не правда ли, «железная» логика! Англия и Франция разрушили «надежды на создание единого фронта борьбы», который сталинский СССР будто бы считал смыслом своего существования, и большевики нашли ему (единому фронту) замену – союз с …Гитлером. Таким образом, у Путина получилось не осуждение, а оправдание пакта Молотова-Риббентропа.
Что касается так называемого Мюнхенского сговора, который Путин именует договором Англии и Франции с Гитлером, то цивилизованный мир его давно и однозначно осудил, без всяких «но». А вот в России пакт Молотова-Риббентропа официально не осуждён. Утверждение Путина, что «в нашей стране» его «аморальный характер получил однозначную парламентскую оценку» – откровенная ложь. Такая оценка до сих пор не дана под давлением просталинских сил, которые давно возглавляет нынешний российский премьер.
На протяжении десятилетий советские историки, а теперь уже и ангажированные российские, нудно толкут тему, что именно Мюнхенский сговор, и он единственный, позволил Гитлеру поработить Европу.
Если это так, то почему тогда после «Мюнхена» Гитлер захватил всего одно государство – Чехословакию? А после подписания пакта Молотова-Риббентропа совместно с советскими большевиками оккупировал Польшу и единолично прошёл с одобрения Москвы победным маршем по ряду стран Европы.
Если бы «Мюнхена» было достаточно для начала широкомасштабной войны, Гитлер тотчас после захвата Чехословакии разгромил бы Польшу, а затем другие страны Европы, которые впоследствии стали его жертвами. Но всё это произошло только после подписания пакта Молотова-Риббентропа, а правильнее было бы сказать – пакта Сталина-Гитлера. Случайно ли? Судите сами.
Нацистский фюрер хотел превратить СССР в нейтрала, а лучше – в союзника, чего он и добился. При этом учёл экспансионистские устремления на международной арене своего большевистского коллеги, его острое желание включить в состав СССР потерянные в силу ряда общеизвестных обстоятельств территории бывшей Российской империи: Финляндию, Западную Украину и Западную Белоруссию, а по возможности, всё прежнее Царство Польское с Варшавой, Бессарабию, Прибалтику, конкретно – Латвию, Литву, Эстонию. В обмен Сталин закроет глаза на агрессию Германии в Европе. И Гитлер не ошибся.
Именно под таким углом зрения и был заключён пакт Молотова-Риббентропа с секретным протоколом. И через неделю последовали действия партнёров по разбою.
Совместно они повергли и разделили между собой Польшу. Правда, Царство Польское с Варшавой Гитлер не уступил, но Коба и полученному был рад. Причём настолько, что в начале 1941 года в СССР был издан «Географический атлас для средней школы» тиражом 250 тысяч экземпляров, где Польша вообще отсутствовала. На её месте значилась «Область государственных интересов Германии». Не было и Варшавы. Центром определили Краков.
Затем с согласия «фюрера немецкого народа» Сталин захватил Прибалтику и Бессарабию. С Финляндией случился облом. Финский народ выстоял в схватке с коммунистическим монстром, хотя часть своей территории и пришлось отдать.
Тем временем «товарищ» Гитлер разбойничал в Западной и Юго-Восточной Европе. «Товарищ» Сталин не только не возражал, но и поздравлял собрата по оружию с очередной победой.
После 1 сентября 1939 года Мюнхенское соглашение приказало долго жить, ибо его главные подписанты Англия и Франция объявили Германии войну, а затем Гитлер и вообще разгромил Францию.
Поэтому оценивать пакт Молотова-Риббентропа в сопоставлении с Мюнхенским соглашением, считать последнее более вредным, чем первый, недопустимо. Да, «Мюнхен» – зло. Он аморален. Однако больший вред Европе и миру нанёс пакт Молотова-Риббентропа. Он стал детонатором Второй мировой войны, и главную ответственность за её развязывание несут Сталин и Гитлер, СССР и Германия. И напрасно «genosse» Путин обижается, что пакт Молотова-Риббентропа на Западе называют «спусковым крючком» Второй мировой войны. Это ещё мягко сказано. Напрасно он в поисках истоков Второй мировой войны обращается к далёкому прошлому. Так ведь можно дойти до момента, когда при определении границы прокормления питекантроп одной группы впервые огрел дубиной по голове питекантропа другой группы. И с тех пор пошло-поехало, из поколения в поколение, вплоть до 1 сентября 1939 года.
Обращение Путина к Версальскому мирному договору как первоисточнику всех последующих потрясений, включая начало Второй мировой войны, требует комментария.
В таком объяснении нет ничего оригинального. Российский премьер всего-навсего повторил ленинско-сталинский миф с окладистой бородой. По нему, «Версаль» не разрешил ни одного коренного противоречия тогдашнего мира и не мог решить, так как они (противоречия) порождаются международным империализмом, который, пока существует, чреват фатально предначертанными мировыми войнами. Масла в огонь, по мнению Путина, подлило то, что «Версальский договор… оставил после себя множество «мин замедленного действия»…, главная из которых – не просто фиксация поражения, но и унижения Германии». Премьер-«историк», вслед за «вождём всех народов», которого он, видимо, в угоду западной публике даже критикует, убеждён, что, как пел Владимир Высоцкий, «это всё придумал Черчилль в восемнадцатом году». А потому и границы стали рушиться, и захваты других стран начались, и гарантии безопасности совокупно с системами ограничения вооружений демонтировались.
«Унижение» Германии, по поводу коего льёт слёзы Путин, выразилось в том, что ей запретили иметь вооружённые силы, способные реализовать агрессивные планы, некоторые отрасли производства, достаточные для возрождения германского военного потенциала, определили весьма ощутимые репарационные выплаты, лишили колоний, пересмотрели границы в пользу государств, подвергшихся в разное время германской агрессии, и т.д.
Сделав акцент на «унижении», «genosse» Путин «забыл» сказать, что из международной изоляции и военно-стратегической немощи Германию первыми начали вытаскивать российские большевики, узурпировавшие власть в России в октябре 1917 года. Именно отсюда берут начало и разрушение границ, и захваты других стран, и демонтаж гарантий безопасности вместе с ограничением вооружений.
Методологической основой, как говаривали в пору беззаботной юности Володи Путина, приплакивания над «униженной» родиной Гёте явилось, видимо, это высказывание «вождя мирового пролетариата»: Версальский мирный договор есть «…договор хищников и разбойников», «это неслыханный, грабительский мир, который десятки миллионов людей, и в том числе самых цивилизованных, ставит в положение рабов». Именно эта позиция Ленина привела к заключению 16 апреля 1922 года в Рапалло, во время работы Генуэзской международной конференции (10 апреля – 19 мая 1922 года), советско-германского договора, по которому в полном объёме восстанавливались дипломатические отношения и торгово-экономические связи между Россией и Германией, что само по себе предосуждения не вызывает.
Однако германская сторона получила серьёзные таможенные и транзитные льготы, касающиеся, прежде всего стратегического сырья. Ощутимую поддержку Россия-СССР оказали вермахту. Версальский договор лишил Германию права иметь боевую авиацию и танковые войска. Первое в мире государство «рабочих и крестьян» активно устраняло эту «несправедливость», которую заложил «договор хищников и разбойников». В Казани ковали кадры немецких танкистов, в Липецке и других городах – лётчиков. В советских военных академиях обучались высшие офицеры Германии, которые затем устроят кровавый экзамен Красной Армии и принесут массу страданий «советскому народу».
Если бы Путин оценивал этот дипломатический шаг России, он оправдывал бы его, скорее всего, такими же доводами, что и заключение пакта Молотова-Риббентропа. То есть отказ от подписания Рапалльского договора с Германией «советская дипломатия того времени вполне обосновано считала, как минимум, неразумным». Слова, конечно, могли быть другими, но смысл остался бы тем же. Но был ли у тогдашней России другой выбор. Мне кажется, был.
Россию пригласили на серьёзную международную конференцию вовсе не из-за острого желания полюбоваться на только что «испечённых» советских дипломатов в классических фраках. С нею хотели установить нормальные отношения, несмотря на чуждость цивилизованному миру её общественного и государственного устройства.
Однако в Кремле решили, что представился удобный случай показать «кузькину мать» проклятому империализму. Это было логично для России, ибо она стала родиной октябрьского государственного переворота, который Ленин самоуверенно назвал началом «новой эры в истории человечества», когда мир раскололся на две противоположности – социалистическую и капиталистическую. Москва сочла уместным дать в Генуе бой проклятому, своекорыстному антиподу.
Лучшим проявлением «новой эры в истории человечества» большевики сочли решительный отказ от такого «буржуазного предрассудка», как возвращение долгов другим государствам. Люмпенская тяга к «халяве» побудила большевистскую Москву решительно отказаться от выплаты иностранным кредиторам 18 млрд. золотых рублей. «Аргумент» был один: долги делали царь и Временное правительство, и народная власть выплачивать их не будет.
Правда, российская делегация заявила о согласии признать этот долг, если Запад компенсирует России ущерб, нанесённый иностранной интервенцией, в сумме 39 млрд. рублей. Цифра эта была взята, скорее всего, с потолка ленинского рабочего кабинета в Кремле, поскольку большего, чем большевики, в частности, материального ущерба собственной стране не мог нанести никто. Именно они привели к невиданной разрухе всю экономику – промышленность, транспорт, сельское хозяйство, финансовую систему, а также подвергли беззастенчивому ограблению все слои населения.
Заведя переговоры о погашении Россией кредитов в тупик, московские дипломаты через 6 дней после начала работы Генуэзской конференции по-воровски, ночью подписали в Рапалло договор с Германией, который шёл вразрез с усилиями Запада по обузданию реваншистских поползновений германской реакции.
Финансовый демарш России в Генуе был направлен на срыв положительного исхода переговоров с Западом. Получилось то же самое, что и накануне подписания пакта Молотова-Риббентропа.
Тогда ведь за неделю до этого СССР устами «маршала» Ворошилова выдвинул непременным, заведомо невыполнимым условием заключения договора о коллективной безопасности в Европе требование, чтобы советские войска получили право вступить на территорию Польши и «защитить» её от возможной германской агрессии. При этом в Москве прекрасно знали, что поляки ни под каким видом не согласятся.
Да и то сказать, могла ли Польша забыть, что трижды во второй половине 18 века (в 1772, 1793, 1795 годах) была делима Россией, Австро-Венгрией и Пруссией, лишившись государственности и вместе с ней национальной независимости. Где была гарантия, что не произойдёт четвёртый раздел, или вся страна не окажется в лоне большевистской империи?
Собственно, так оно и случилось в 1939 году, когда Сталин и Гитлер произвели-таки четвёртый раздел Польши между Германией и СССР. После Второй мировой войны Польшу освободили от нацистского ига, но Сталин превратил её в пристяжную большевистской империи через включение в социалистический лагерь (позднее – социалистическое содружество) и в военно-политическую систему Варшавского Договора.
Могла ли Россия в том далёком 1922 году поступить иначе? Да, могла, если бы её руководство было честным и ответственным.
Безусловно, 18 млрд. золотых рублей по тем временам – сумма изрядная. Однако для тогдашней России она не такая уж и катастрофическая. Многие страны имели и имеют внешние долги. Есть они и у современной России.
В тех условиях можно было вести переговоры, не ударяясь в крайности, искать и находить компромиссы, добиваться, выражаясь современным языком, разумной реструктуризации долга. Кстати, иностранные кредиторы и не требовали немедленного и одноразового погашения. Они хотели, чтобы большевистская Россия признала долг.
Так ли уж бескомпромиссны были ленинцы в финансовых отношениях с иностранными государствами? Ничуть не бывало. Брестский мир они купили за 6 млрд. марок, да 3 млрд. марок обязались заплатить, чтобы замять убийство 6 июля 1918 года в Москве германского посла Мирбаха.
С первого дня существования большевистский режим был склонен к закулисным сговорам. Брестский мир, как известно, был сепаратным. Во имя своекорыстных целей и надежд зажечь пожар пресловутой мировой революции большевики-ленинцы отказались от союзнических обязательств своих правящих предшественников и в очень ответственный момент вышли из войны. К тому же надо было и таким путём погашать выданный германским кайзером Ленину кредит на организацию государственного переворота в России.
В апреле 1922 года большевики ведут себя аналогично. Они, по сути, торпедируют усилия Запада демилитаризовать Германию.
То же самое наблюдается и в августе 1939 года с заключением пакта Молотова-Риббентропа.
И происходит всё это в наших отношениях с одной и той же страной – Германией и, в конечном счёте, на пользу оной.
Так не правильнее было бы говорить, что у истоков возрождения германского милитаризма и реваншизма стоял большевистский режим?!
А вот ещё одна пара «Да – Но». Российский премьер утверждает, что «…любая форма сговора с нацистским режимом была неприемлема с моральной точки зрения и не имела перспектив с точки зрения практической реализации». Вслед за «осуждением» тотчас следует оправдание: «Однако в контексте исторических событий того времени Советский Союз не только остался один на один с Германией, поскольку западные государства отказались от предлагавшейся системы коллективной безопасности, но и стоял перед угрозой войны на два фронта – ведь именно в августе 1939 года до максимальной силы разгорелся огонь конфликта с японцами на реке Халхин-Гол». Что осталось от осуждения пакта Молотова-Риббентропа? Правильно, пшик! Но дело не только в этом.
Во-первых, как уже отмечалось, «…Советский Союз … остался один на один с Германией…» совершенно сознательно, по собственному желанию. Следовательно, отказался от системы коллективной безопасности сам, и наши западные партнёры по переговорам здесь не причём. Сделано это было для того, чтобы заключить пакт Молотова-Риббентропа.
Во-вторых, ни о какой войне СССР на два фронта в то время и речи быть не могло. Считать японскую армию на Халхин-Голе в 75 тысяч человек, достаточной для того, чтобы называть борьбу с ней вторым фронтом, – откровенно глупо. Япония тогда и не помышляла о большой войне против СССР. Главными своими противниками она считала США и Великобританию и уже тогда активно готовилась к военному противоборству с ними. Ей было выгодно, в конечном счёте, добиться нейтралитета СССР, что и было достигнуто подписанием 13 апреля 1941 года соответствующего советско-японского договора. Его Япония не нарушила даже тогда, когда немецкие войска были в 20 километрах от советской столицы. Это позволило Сталину перебросить с Дальнего Востока под Москву дееспособные, хорошо вооружённые и обученные дивизии и выиграть московскую битву.
Кроме того, о каком втором фронте применительно к Халхин-Голу можно говорить, если в день подписания пакта Молотова-Риббентропа, 23 августа 1939 года, всё японское воинство было полностью окружено войсками советского генерала Георгия Жукова и монгольскими цириками, а 28 августа полностью разгромлено.
Особенно возмутительна попытка российского премьера выгородить большевистский режим, его преемников и последователей, используя параллели некоторых трагедийных исторических событий.
В частности, он пишет: «Мемориалы «Катынь» и «Медное», как и трагическая судьба русских солдат, взятых в польский плен в ходе войны 1920 года, – должны стать символами общей скорби и взаимного прощения».
Катынь – давно общеизвестное трагическое место. Меньше знают о Медном. Там чекисты расстреляли почти шесть с половиной тысяч безвинных польских офицеров из захваченных в плен в результате советско-германской агрессии в сентябре 1939 года.
А вот «трагическая судьба русских солдат, взятых в польский плен в ходе войны 1920 года», – исторический факт, почти не известный широкой публике в нашем «Отечестве». Речь идёт о последствиях антипольской авантюры Ленина, Троцкого, Сталина и других влиятельных паханов большевистской банды.
Сначала Владимир Ильич решил, что поторопился с предоставлением Финляндии государственной независимости, и попробовал инспирировать там пролетарскую революцию, но безуспешно. Большевистский социализм финнам был ни к чему.
Когда самая горячая пора гражданской войны в России резко пошла на убыль, созрел план возвращения Польши военной силой в лоно новоявленной империи. Однако волею польского народа «гениальная» задумка Ильича с треском провалилась. Вот тогда многие красноармейцы и попали в плен. Теперь говорят, что более 20 тысяч человек из них впоследствии погибли.
Но гибель гибели – рознь. В данном случае красноармейцев никто не расстреливал. Они умерли естественной смертью. Говорят, – это трагедия. Никто этого не скрывает, и никто с этим не спорит.
Но ведь в советский плен под Сталинградом были взяты 90 тысяч немецких солдат, а вернулись в «фатерлянд» шесть тысяч человек. Куда подевались 84 тысячи? В нашей стране на такие вопросы предпочитают не отвечать.
Или ещё пример. Советская, а теперь и российская пропаганда гордится до «детских родимчиков» разгромом советскими войсками миллионной Квантунской армии в Китае в августе 1945 года. Официально было объявлено, что 600 тысяч японцев попали к нам в плен. Вопрос: куда подевались ещё 400 тысяч? В ответ – гробовая тишина. Из 600 тысяч пленённых японских солдат и офицеров не вернулось к себе на родину большинство. Какова их судьба? Что, переженились на русских женщинах? И здесь никаких объяснений.
Это кем же надо быть, чтобы поставить знак равенства между умершими своей смертью в плену советскими красноармейцами и умышленно расстрелянными в советском плену польскими офицерами?!
Это кем же надо быть, чтобы объявить обе трагедии «символами общей скорби и взаимного прощения», фактически оправдав заключение пакта Молотова-Риббентропа?! А ведь именно он привёл к пленению и массовому расстрелу польских офицеров в Катыни, Медном, Харькове и где там ещё.
Это кем же надо быть, чтобы призывать к примирению, прекрасно зная, что в России есть мощные силы во главе с державным «плакальщиком», не признающие вины сталинского режима в нарочитом убийстве пленных поляков, и не только поляков?!
Вся статья Путина – откровенная апология внешней политики Сталина и его подручных. Оба президентских срока Владимира Владимировича и его нынешнее премьерство наполнены активной защитой такого рода «ценностей» социалистического периода в истории России, начиная с возрождения сталинского гимна.
Чтобы справедливо оценить прошлое, не надо быть историком, достаточно быть честным человеком. К сожалению, многие бонзы нынешнего правящего режима России с подлинно нравственными принципами явно не в ладах. Для них эталон – сталинская «этика», с которой они без зазрения совести суются в добропорядочное общество.
Южно-Сахалинск, сентябрь-октябрь 2009 года.

В. Кравцов, кандидат исторических наук, доцент

Государство не имеет права лезть ко мне в холодильник и решать, что мне ставить на стол

«Либеральный союз» и его единомышленники из других либеральных и демократических организаций проведут в пятницу, 22 августа, на Невском проспекте серию одиночных пикетов с главным лозунгом «Государство не имеет права лезть ко мне в холодильник и решать, что мне ставить на стол». Пикеты начнутся в 17 часов на Невском проспекте в районе Малой Садовой улицы.

Противостоять милитаристской истерике

Заявление оргкомитета движения «Либеральный союз»

Несколько дней назад средства массовой информации сообщили со слов лидера ЛДПР депутата Государственной Думы РФ В. Жириновского: «Путин уже принял решение о третьей мировой войне». Выступая по российскому телевидению, Жириновский сказал, что решение о третьей мировой войне может принять только президент РФ Владимир Путин. И оно уже принято. Назавтра группа депутатов-коммунистов срочно потребовала проверки состояния бомбоубежищ в стране. Российский гуманитарный груз ещё не пересёк украинской границы, а нам уже начали сообщать о диверсиях и нападениях на него на территории Украины. Эти и им подобные сообщения многими часами обрушиваются на сознание граждан нашей страны. Если даже допустить, что милитаристская риторика предназначена для запугивания западных оппонентов, подлинной её жертвой становится население России.

По мнению учёных-психологов, российское население находится в состоянии длительного стресса, вызванного информационно-психологическим насилием, осуществляемым под видом информации. В результате люди оказываются в состоянии нарушенного эмоционального равновесия: они боятся ехать в отпуск, боятся контактов с иностранцами, испытывают страх перед любыми изменениями.

Особенно тяжело сказывается эта милитаристская истерия на пожилых людях и детях. Первые испытывают физическое недомогание, повышение артериального давления. Как утверждают специалисты, для них возрастает риск вирусных и онкологических заболеваний. Дети же переживают отравление ненавистью. Что ожидает трёхлетнего ребёнка, живущего в приграничном районе, который, по сообщению «Новой газеты», слыша звуки стрельбы, спокойно замечает: «А это хохлов бьют»?

Необходимо понять: на Россию никто не нападал, не нападает и не собирается нападать. Хочется надеяться, что и российское руководство не позволит себе действия, способные спровоцировать мировую бойню. Поэтому наш призыв: не поддавайтесь милитаристской истерике, отойдите от телевизора, главного её источника, и уберите от него детей. Защитите себя сами от военного угара и тем самым защитите свою страну и весь мир.

УКРАИНА: ПРОВЕРЕНО — ФАШИСТОВ НЕТ!

10532864_530748230363283_3318282197804006743_n
Не сомневаются только идиоты. Лучше всего поехать и посмотреть своими глазами. Больше всего я сейчас боюсь, что мне не поверят не только оппоненты, но и единомышленники-россияне. Если бы то, что я приведу ниже, я не слышала бы собственными ушами, я и сама бы не поверила. А ведь беседовала я не с политическими активистами, а с теми, кого мы называем «простыми людьми». От водителей такси до торговцев овощами и сувенирами на рынке. Далее несколько цитат и диалогов.
— Мы все рыдали, узнав о смерти Новодворской!
(Вы с нашими «бабушками» эту тему обсудите.)

— Ельцин бы в гробу перевернулся, увидев, что сейчас делает Путин!
— А Вы уважаете Ельцина? (Это уже я удивленно)
— Конечно, он же столько хорошего сделал и для России, и для Украины!
Он же свободу дал!

— Наше нынешнее правительство — это правительство камикадзе! Принять страну в таком состоянии, взять ответственность на себя в такое время. Это как ваш Гайдар, которого сейчас все проклинают.

— Мы в Украине не можем допустить никакого Правого Сектора, никаких фашистов — мы же Бабий Яр помним!
(Это завсегдатай пивной лавочки. Вы нашего с бутылочкой пива спросите, что такое Бабий Яр.)

— Мы на своей земле хотим спокойно работать. Нам не надо ничего «давать», не мешайте, мы сами заработаем.
(А вот вам и либерализм от деревенской бабушки.)

— Мы не против России и россиян. Мы за Россию без Путина.
(Ну это прямо с наших маршей лозунг.)
— Но большинство россиян поддерживает Путина и его действия по отношению к Украине, — наезжаю я на соотечественников.
— Они не виноваты, им задурили головы ваши СМИ, — заступаются за россиян «страшные бандеровцы».
— Но свои мозги-то должны быть, — продолжаю я возмущаться.
— Ничего, они все поймут, просто время надо, — защищают мои собеседники моих сограждан от меня, россиянки.

Раз десять я отвечала на вопрос, как же я не боялась ехать в Украину. На побережье, где я была на море, я была чуть ли не единственной россиянкой. Предыдущие годы россиян было большинство среди отдыхающих. Многие мои новые знакомые знали меня по имени, но большинство здоровалось фразой «Привет, Питер!»

Россияне! Не бойтесь приезжать в Украину. Там чистое теплое море, отменные и недорогие фрукты и овощи и прекрасные люди. Там нет страшных бандеровцев с рогами и хвостом, которые кушают на завтрак маленьких русских детей. Ну правда нет! Я проверила…

Людмила Дубовая

В Петербурге прошёл пикет в память о Валерии Новодворской

Всеволод Нелаев
Сегодня в Петербурге прошёл пикет, организованный коалицией «Демократический Петербург», в память о с Валерией Новодворской. Всеволод Нелаев, участник «Либерального Союза», дал интервью ТВ100.
http://www.tv100.ru/news/na-troickoj-ploshadi-proshel-piket-v-pamyat-o-valerii-novodvorskoj-97625/

Деньги на ветер

Правительство внесло в Государственную Думу законопроект, согласно которому Российская Федерация прощает Республике Куба долги в сумме 31, 7 миллиарда долларов. Нужно сказать, что это не первый столь широкий жест российских властей. В начале года Думе уже пришлось принимать решение о списании долгов на сумму в 10 миллиардов Северной Корее. Белоруссии мы ещё ничего не прощаем, но, боюсь, это ждёт нас в будущем, потому что режим Александра Лукашенко Россия щедро кредитует. В конце 2013 года белорусские власти получили от Москвы 450 миллионов долларов, а в начале 2014-го года — ещё два миллиарда. Если сложить все эти цифры, то мы получим в сумме — более 44 миллиардов, то есть сумму в 10 раз превышающую украинские долги «Газпрому» по российской версии. И ничего, не жалко.

Конечно, бросается в глаза, что уж больно специфические страны пользуются финансовой помощью России. Всё это государства, которые в цивилизованном мире называются изгоями, т.е. не признающими нормы международного права, не считающимися с правами человека, отрицающими демократические принципы государственного устройства. Уже один тот факт, что Россия занимается экономической поддержкой именно таких политических режимов, выглядит демонстрацией симпатий российского руководства.

Но, в конце концов, могут мне ответить, во всех этих странах очень низкий уровень жизни, в Северной Корее вообще народ глодает, что плохого, если Россия приходит на помощь населению этих государств? Ведь и МВФ, и Всемирный банк, и страны Запада тоже предоставляют кредиты, оказывают в ряде случаев безвозмездную помощь другим государствам.

Но в том-то и дело, что от российской помощи людям на Кубе, или в Северной Корее и в Белоруссии жить лучше не станет. Да, у северокорейских властей нет денег на рис для голодающего населения, но зато у них находятся деньги на создание ядерного оружия и баллистических ракет. И после того, как Россия простила КНДР долги, они станут заниматься этим с ещё большей энергией. По сути дела Россия взяла на себя финансирование нарушений режима нераспространения ядерного оружия со стороны Северной Кореи.

Финансовая помощь со стороны России и со стороны международных финансовых институтов принципиально отличается. МВФ или Всемирный банк, предоставляя финансовую помощь, обуславливают её требованиями проведения экономических реформ и внимательно следят за выполнением обязательств по их проведению. Это позволяет получившему помощь государству выйти из кризиса и расплатиться за предоставленные кредиты. Так, например, было с Грецией. Иное дело — Россия. Она, предоставляя финансовую помощь, делает это для стабилизации безответственных политических режимов, не для того, чтобы реформы проводились, а для того, чтобы их не было, чтобы такие страны, как Белоруссия, оказывались во всё большей экономической зависимости от России. Хронические болезни экономики этих стран не излечиваются, а запускаются. И сколько бы Россия ни прощала этим странам долгов и ни кредитовала их политические режимы, рано или поздно экономическая катастрофа там неизбежна и реформы проводить придётся. Только обойдутся они народам этих стран куда дороже, чем могли бы обойтись без российской «помощи».

Иосиф Скаковский

Российское образование. Надвигающаяся катастрофа.

Заявление оргкомитета движения «Либеральный союз»

Закончился очередной учебный год в системе российского среднего образования. Этот год принёс нам результаты, ясно говорящие о кризисной ситуации в российской школе.
Министерству образования и науки уже после проведения ЕГЭ пришлось пересматривать критерии оценки единого государственного экзамена по русскому языку и математике и пересматривать существенным образом. Если первоначально минимальное количество баллов по русскому языку, необходимое для получения аттестата, равнялось 36, то теперь достаточно и 24 (из ста!). То есть минимальный результат был уменьшен на треть. Руководители системы образования вынуждены были признать, что заметная часть выпускников не справились с экзаменационным заданием. То же самое касается и математики.
В этом году значительно уменьшился средний балл выпускников по большинству предметов. Так по математике он уменьшился по сравнению с прошлым годом с 50 до 40 баллов, по физике — с 55 до 46, по химии — с 69 до 56, по английскому языку — с 73 до 61, по истории — с 56 до 46 и т.д.
Государственные органы пытаются делать хорошую мину при плохой игре и гордо заявляют, что на сей раз всё было по-честному. Но тот факт, что школы и органы образования не мухлюют с результатами ЕГЭ, вовсе не должен быть предметом национальной гордости. А вот то, что уже после проведения экзамена изменяются критерии оценки выпускных работ, что государство играет само с собой в поддавки, отнюдь не выглядит проявлением честной и ответственной политики в важнейшей сфере государственного строительства. И, самое главное, нет даже попытки начать публичное обсуждение причин явного неблагополучия в российской школе. Проще выдать выпускникам аттестат зрелости, подогнав критерии оценки ЕГЭ под нужный результат.
Между тем, фиаско с ЕГЭ в этом году не случайность, а проявление нарастающего кризиса в российском образовании. При всём том, что в России есть, конечно, хорошие школы и самоотверженно работающие учителя, общий уровень подготовки учащихся и студентов, в том числе студентов педагогических учебных заведений, падает год от года. Всё чаще слышишь от преподавателей об учащихся: «Они делают вид, что учатся, мы делаем вид, что учим». Учитель, сам делающий орфографические ошибки, на калькуляторе складывающий три плюс два, учитель, мало образованный и не чувствующий потребности в постоянном повышении своего научного и культурного уровня, начинает задавать тон в российской школе. Это происходит в том числе и потому, что деятельность преподавателя всё больше оценивается по формальным признакам: проценту успеваемости, вовремя сданному множеству отчётов, умению изображать владение так называемыми инновационными технологиями. Учитель уже давно понял, что подлинные результаты его деятельности никого, в первую очередь — государство, не интересуют.
Одновременно возникают тупиковые ветви в системе образования. В колледжах и лицеях программа старших классов школы (10 и 11) изучается в течение одного года. Понятно, что это не может не сказываться на качестве образовательного процесса. По сути дела выпускники этих учебных заведений никогда не смогут сдать ЕГЭ, а значит, и поступить в вуз. То же самое произойдёт и со значительной частью нынешних выпускников. Уменьшив на треть количество баллов, необходимых для получения аттестата, государство сохранило прежние требования для поступления в вуз. У тех, кто получил по русскому языку меньше 36 баллов, а по математике меньше 24, просто не примут документы для поступления в высшие учебные заведения. Как отреагируют на это молодые люди, когда поймут, что получили аттестаты зрелости второго сорта, и их родители?
Всё это попытки решать проблемы образования бюрократическими методами, и ведут они только в тупик.
Что же нужно для спасения российской школы?
1. Решительная дебюрократизация системы образования. Количество чиновников, стоящих над душой преподавателя, должно быть уменьшено на порядок. Учителя необходимо освободить от всех форм отчётности, единственным критерием оценки его деятельности должен быть реальный уровень обученности его учеников, отношение к нему его коллег, учащихся и их родителей.
2. Учитель должен быть глубоко, академически, образованным в своей сфере и обладающим широкими культурными интересами. Только человек, знающий неизмеримо больше, чем должны знать его учащиеся, способен научить молодое поколение. Традиции российской школы требуют от учителя педагогического и научного творчества, а не ремесленничества. Нужен резкий подъем уровня педагогического образования и создание условий для постоянного самообразования и культурного развития преподавателей.
3. Следует внимательно изучить опыт многих стран мира, в которых учащиеся имеют возможность выбирать различный уровень обучения по каждому предмету. При этом любой уровень должен обеспечивать минимально необходимое качество знаний и умений. Важно, наконец, отойти от коллективистских принципов в системе образования и понять, что мы учим не класс и не учебную группу, а каждого ученика в отдельности, что все ученики разные, что погоня за мнимым равенством в обучении гарантирует только равенство в невежестве.
4. Нужно не на словах, а на деле исходить из того, что главным инструментом обучения являются не программы, не методики и технологии, а личность учителя. Следовательно, необходима мотивация, чтобы развитые и талантливые молодые люди поступали в педагогические вузы, чтобы после окончания вузов они шли работать в школу и оставались в ней на многие годы. Эта мотивация должна включать в себя уважительное отношение к учителю со стороны руководителей образования всех уровней, от министра до директора школы. К сожалению, сегодня учитель нередко встречается с откровенным хамством в свой адрес, вплоть до площадной ругани и прямых оскорблений. Важной мотивацией в педагогической профессии является возможность самореализации, творчества, исполнения просветительской миссии.
5. Не стоит забывать и о материальных стимулах в педагогической профессии. Сегодняшние зарплаты учителей — результат того, что многие из них имеют педагогическую нагрузку, достигающую двух учительских ставок. Естественно, что при такой нагрузке учителю, особенно молодому, невозможно добросовестно исполнять свои обязанности и тем более заниматься своим культурным развитием. Необходимо, чтобы преподавательская нагрузка хотя бы на уровне 22- 24 часов в неделю обеспечивала учителю достойное существование.
6. Сегодня всё очевиднее становится, что очень трудные 90-е годы были едва ли не лучшим временем для российской школы и учителя, ибо это было время свободы и педагогического творчества. Нужно вернуть школе и учителю эту свободу, предоставив им право выбора и создания вариантов программ, учебников и учебных пособий, дав преподавателю возможность самореализации, в том числе реализации его разнообразных духовных интересов.

«Хоть у китайцев бы нам несколько занять…»

«Хоть у китайцев бы нам несколько занять…» (А.С. Грибоедов)

Я совсем не футбольный болельщик, но чемпионат мира всё-таки событие, которым совершенно не интересоваться как-то странно. Правда, дело даже не в самом чемпионате, а в реакции российских СМИ и российского общества на происходящее в Бразилии и на игры российской сборной.
Все мы помним то бурное ликование, которым обычно сопровождались спортивные победы российских команд. Толпы выходили на улицы и площади наших городов, праздничные гуляния продолжались всю ночь, на первых полосах газет красовались аршинные заголовки и фотографии. Было бы логично ожидать столь же эмоциональную реакцию на крайне неудачное выступление России на футбольном чемпионате: рыдания и слёзы, страстные обвинения по адресу игроков и тренера, обещания в следующий раз порвать соперников, как Тузик — грелку и т.д. Но ничего подобного мы не видим. Реакция на удивление спокойная, что у самих футболистов, что у болельщиков, что у руководителей российского спорта, что у общества в целом. «Ну, проиграли и проиграли… Подумаешь…»
В чём секрет такой «индиферентной» реакции на поражение? Когда на одном из форумов кто-то из болельщиков позволил себе обидные слова в адрес российской сборной, его тут же одёрнули: «Нельзя так говорить о нашей сборной. Мы всё равно лучше всех». Вот, оказывается, в чём дело. Теперь уже даже неважно, как играет российская команда в футбол, она всё равно лучше всех. Неважно, что иностранцы, заказывая отели в Египте, Турции или эмиратах, ищут отели без русских, мы ведь всё равно лучше всех. Неважно, что наши ракеты не взлетают, они всё равно самые лучшие в мире.
И понятно, что весь мир нам завидует и нас ненавидит за превосходство нашей духовности и соборности нам этим индивидуалистическим и материалистическим западным миром. Сегодня в Летнем саду я видел мужика в футболке. На футболке была изображена баллистическая ракета, какие возят по Красной площади на парадах, и надпись «Из России с любовью». Действительно, за что они нас так не любят?
Фирма, в которой работает мой сын, последние годы сотрудничает с аналогичной китайской фирмой. Китайцы время от времени приезжают в гости к своим коллегам, и, естественно, разговоры ведутся не только о работе, но и «за жизнь». Китайские коллеги объясняют, чем вызван резкий подъём страны в последние годы. Немалую роль здесь, оказывается, играют изменения в общественном сознании, инициированные самим китайским государством. С первого класса теперь китайцам внушают, что раньше Китай был закрытой страной, граждане которой не хотели учиться у других народов, общаться с другими и перенимать их опыт. Поэтому Китай оказался слаб, отстал и проиграл войну. Потому новым поколениям китайцев нужно учиться, перенимать опыт других стран, быть открытыми миру и избавиться от представления о своём превосходстве перед другими.
Результат подобной «перестройки» мы видим своими глазами. Не сегодня — завтра Китай станет первой экономикой мира. Когда же, наконец, и Россия избавится от национального чванства, убеждения в своём превосходстве перед другими странами и народами, когда и к нам вернётся творческое чувство неудовлетворённости собой, стремление к обновлению и преобразованию себя, своей страны, своего государства?

Иосиф Скаковский